Варварские тексты: Гаркавенко Игорь Олегович. Вавилон

Пространство свято.

Это знали всегда.

Что бы, после, не истощить все свои силы в борьбе с явлением, если вообще не сгинуть в борьбе с ним, необходимо трансформировать пространство.

Опередить явление на один шаг. Убить пространство, являющееся материнским для всего того, что после, может убить тебя.

Это знал Тимур Хромой, приказавший засеять ячменем, все то, что осталось от Ургенча, столицы Хорезма.

Это знали римляне, прошедшиеся плугом, по всему тому, что некогда можно было назвать Карфагеном.

В 96м году, я, впервые побывал в Москве. Приехал на 1 мая, всего на один день.

Тогда, у меня, у подобных мне, стоял перед глазами тот самый, 93 год, с его штурмом Останкино, расстрелом Белого дома... Все мысли были о нем.

Казалось, более чем достоверным, то, что это только цветочки, только начало.

Надежда, мираж, 93го напоминал о себе, по всякому удобному поводу, и 1 мая, особенно.

Познакомившись с Москвой, я, ближе к вечеру, попал в то самое место, совсем недалеко от Кремля и Красной, где собиралась, так называемая оппозиция.

Плащи, куртки, небритые, дерганые, депрессивные лица, желание перебить, сказать как можно больше, по возможности выпить.

Первое знакомство 20 летнего идеалиста с клиникой, возможно, до возникновения самого понятия.

Конечно не все, но шизиков было много.

С одним, сложился разговор. Даже прогулялись вместе. Конечно, за ним следили, и его домашний телефон прослушивался.

Но, одна мысль, мне запомнилась навсегда.

Он показал рукой в сторону, такой, по Московски, глобальной стройки. После, на дорогу, выходящую, прямо на этот, строящийся, торговый центр, после, на улицы, на окружающий это, город.

«Цель стройки, воспрепятствовать, заслонить, не дать возможности, огромной людской массе, собравшейся где то там, на одном из своих митингов, демонстраций, на которые выходило по 200 тыс и более человек, выйти прямо на Кремль».

Вне всяких сомнений, все именно так и было.

Те, тогда, в Москве, знали, что пришли надолго, и делали все возможное, что бы надолго остаться. На очень долго…

Уже больше года, как, здесь, в Киеве, Харькове…, я наблюдаю за действиями этих, считающих смыслом жизни, равняться на тех, своих, Московских кумиров.

Личные неудачи, им могут сказать только о том, что плохо учатся.

Если посмотреть на масштабы строек, создается впечатление, что эти, на также долго. Бесконечно долго.

В Харькове видел, как выворачиваются огромные камни, нетронутые, несмотря ни на что, со времен Брежнева.

Площадь, поле, место сбора, свято.

Только оно есть антитеза коридорам и этажам.

Каждый, такой как он есть. Отличия субъективны и личностны.

Стоит подняться к кому то, на один из этих этажей, пройти три уровня защиты, и понимаешь, что дошел к цели «упакованным», задавленным авторитетом, вертикалью, статусом.

Майдан свят.

Не больше и не меньше.

Ссуки боятся поля. Инстинктивно. Боятся быть увиденными такими, как они есть.

Боятся места сбора, для всех.

Хотят оставить только свои этажи, коридоры, уровни и офисы.

Окончательно задавить формалистикой, статусами, авторитетом, идеологией дела, своего крысиного дела.

Еще до тюрьмы я хотел написать о том, что «они», попытаются убить Майдан.

Любой современный жрец, политтехнолог, скажет им, что нужно убить пространство. Убить поле. Конечно, именно это поле. Вся его магическая сила символического характера.

После, сидите, сколько вам угодно.

Убить поле, еще одним барыжным, Вавилонским зиккуратом. Убить навсегда, а не брать в аренду под то или иное шоу.

Убить поле, агору, тинг, вече…

Убить нацию.

Навсегда.

Нет вопроса, проблемы, русского и украинского народов.

Есть восточные оккупированные территории, в которые входим мы все, и есть «они», олигархи, со своими жрецами и марионетками, в окружении псов.

Больше ничего.

Это главное.

После сноса палаточного городка, они начали устанавливать елку, на несколько недель раньше обычного. После, были карусели. После, муссировали общество на тему смены имени. Вместо независимости – свободы.

Прежде чем убить пространство, неплохо для начала убить имя, иными словами убить смысл.

После и сейчас, Майdaн'S.

Как оккупанты из мрака прошлого, они прикрываются детьми.

Есть информация, что после будет кино. Будут снимать фильм, или что-то в этом роде.

Наверное, после, начнут строить.

Убийство имени.

Убийство смысла.

Убийство площади.

Убийство нации.

PS : Судьба выкидывает такие номера.

Кажется, достаточно интересным, при всем выше изложенном, проходить по уголовному делу о повреждении плитки на Майдане Незалежности.

Источник: http://incvar-garcavi.livejournal.com/23068.html

Вверх.

На главную страницу.